Тополь и пух
Двор у нас узкий. Новая скамейка, снятое бельё или открытая дверь сразу становятся новостью.
Площадка пустая, качели сами себе скрипят на одном и том же градусе. Скрип честный: никто его не изображает.
На верёвках сушились три простыни и одна клетчатая рубашка. Простыни хлопали так, будто спорили, а рубашка висела тихо и от этого выглядела взрослее.
У третьего подъезда кто-то оставил на скамейке пакет с яблоками и записку «берите». Яблоки были кислые. Записку я вернул под пакет, чтобы следующий тоже прочитал.
Больше ничего не произошло, и этого как раз хватило.