Имя, которое забыл
Читал мало, но одна страница застряла так, будто я провёл в ней час.
В библиотечной книге кто-то подчеркнул абзац карандашом и поставил вопросительный знак. Я с вопросительным знаком согласен больше, чем с абзацем.
Книга толстая, а в руке лёгкая: воздух в бумаге, не сюжет. Сюжет как раз тяжёлый, но рука этого не знает.
Закладкой служил вчерашний билет. Он торчал выше страниц и делал книгу чуть неряшливой, то есть живой.
Лампу выключил, закладку оставил. Завтра страница будет ждать на том же месте.